Вампилов Александр Валентинович - Произведения - Старший сын

Старший сын

.. Доброй ночи. (Хочет уйти.)
СОСЕД. Подождите...

Сарафанов останавливается.

(Указывает на кларнет.) Кого проводили?
САРАФАНОВ. То есть?
СОСЕД. Кто помер, спрашиваю.
САРАФАНОВ (испуганно). Тсс!.. Тише!

Сосед прикрывает рот рукой, быстро кивает.

(С упреком.) Ну что же вы, ведь я же вас просил. Не дай бог, мои
услышат...
СОСЕД. Ладно, ладно... (Шепотом.) Кого хоронили?
САРАФАНОВ (шепотом). Человека.
СОСЕД (шепотом). Молодого?.. Старого?
САРАФАНОВ. Средних лет...

Сосед долго и сокрушенно качает головой.

Извините меня, пойду домой. Продрог я что-то...

СОСЕД. Нет, Андрей Григорьевич, не нравится мне ваша новая профессия.

Расходятся. Один исчезает в подъезде, другой выходит на улицу.
С улицы появляется Васенька, останавливается в воротах. В его поведении
много беспокойства и неуверенности, он чего-то ждет. На улице послышались
шаги. Васенька бросается к подъезду - в воротах появляется Макарская.
Васенька спокойно, изображая нечаянную встречу, идет к воротам.

ВАСЕНЬКА. О, кого я вижу!
МАКАРСКАЯ. А, ЭТО ТЫ.
ВАСЕНЬКА. Привет!
МАКАРСКАЯ. Привет, кирюшечка, привет. Что ты здесь делаешь? (Идет к
деревянному домику.)
ВАСЕНЬКА. Да так, решил немного прогуляться. Погуляем вместе?
МАКАРСКАЯ. Что ты, какое гулянье - холод собачий. (Достает ключ.)
ВАСЕНЬКА (встав между нею и дверями, задерживает ее на крыльце). Не
пущу.
МАКАРСКАЯ (равнодушно). Ну вот. Начинается.
ВАСЕНЬКА. Ты мало бываешь на воздухе.
МАКАРСКАЯ. Васенька, иди домой.
ВАСЕНЬКА. Подожди... Давай поболтаем немного... Скажи мне что-нибудь.
МАКАРСКАЯ. Спокойной ночи.
ВАСЕНЬКА. Скажи, что завтра ты пойдешь со мной в кино.
МАКАРСКАЯ. Завтра увидим. А сейчас иди спать. А ну пусти!
ВАСЕНЬКА. Не пущу.
МАКАРСКАЯ. Я пожалуюсь твоему, ты достукаешься!
ВАСЕНЬКА. Почему ты кричишь?
МАКАРСКАЯ. Нет, это наказание какое-то!
ВАСЕНЬКА. Ну и кричи. Мне, может быть, даже нравится.
МАКАРСКАЯ. Что нравится?
ВАСЕНЬКА. Когда ты кричишь.
МАКАРСКАЯ. Васенька, ты меня любишь?
ВАСЕНЬКА. Я?!
МАКАРСКАЯ. Любишь. Что-то плохо ты меня любишь. Я тут в кофте стою,
замерзла, устала, а ты?.. Ну пусти, пусти...
ВАСЕНЬКА (сдается). Ты замерзла?..
МАКАРСКАЯ (открывая ключом дверь). Ну вот... Умница. Разлюбишь - надо
слушаться. (На пороге.) И вообще: я хочу, чтобы ты меня больше не ждал, не
следил за мной, не ходил по пятам. Потому что из этого ничего не выйдет... А
сейчас иди спать. (Входит в дом.)
ВАСЕНЬКА (приближается к двери, дверь закрывается). Открой! Открой!
(Стучит.) Открой на минутку! Мне надо тебе сказать. Слышишь? Открой!
МАКАРСКАЯ (в окне). Не ори! Весь город разбудишь!
ВАСЕНЬКА.

Страницы: (42) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Но она была слишком молода, неотесана и неопытна и не
знала всех этих хитростей. Когда ей противоречили те, кого она считала
дураками, она не скрывала, что она о них думает и как их глупость ее
раздражает. По своей наивности она воображала, будто они должны быть
благодарны ей за то, что она выводит их из заблуждения и вызволяет из
беды. Надо сказать, что незаурядным личностям всегда невдомек, в какую
ярость приводит людей недалеких разоблачение их глупости. Даже Сократ,
несмотря на свой возраст и опытность, не сумел защитить себя на суде, как
подобало человеку, понимающему, почему так долго копилась обрушивавшаяся
на него ярость и почему требовали его смерти. Его обвинитель, родись он на
2300 лет позже, мог быть любым из тех, что в утренние или вечерние часы
"пик" едут в Сити и из Сити в вагоне первого класса; обвинителю, по сути,
нечего было сказать кроме того, что ему и ему подобным неприятно
оказываться в дураках каждый раз, как Сократ откроет рот. Сократ же, не
понимая, в чем его обвиняют, чувствовал себя совершенно беспомощным; он
сообщил судьям, что он старый воин и честный человек, а его обвинитель
безмозглый сноб, и на этом выдохся. Он и не подозревал, какой страх, какую
ненависть порождает его интеллектуальное превосходство в сердцах людей, к
которым сам он испытывал лишь добрые чувства и которым делал добро.


СОПОСТАВЛЕНИЕ С НАПОЛЕОНОМ

Если Сократ был так наивен в свои семьдесят лет, то можно себе
представить, как наивна была Жанна в свои семнадцать. Но если Сократ,
обладавший даром убеждения, воздействовал на людские умы постепенно и
мирно, то Жанна, начиненная энергией, воздействовала на людей физически,
бурно и насильственно. Потому, очевидно, Сократа и терпели так долго, а
Жанну уничтожили прежде, чем она вышла из отроческого возраста. При этом у
обоих колоссальные способности сочетались с искренностью, отчего бешеная
неприязнь, жертвами которой они пали, была совершенно неоправданна и
поэтому для них самих непостижима...

Шоу, Джордж Бернард (Shaw, George Bernard)   
«Святая Иоанна»